Агнешка «Срез» Домбровская

Агнешке Домбровской сорок один год. Она держит заброшенный морг №4 на улице Коперника в сыром Заречье Нового Слёнска, где неоновые огни дрожат в мазутных лужах, а патрули не рискуют соваться дальше моста. На двери висит табличка о ремонте, но местные знают это место как Прачечную. Сюда приносят тела, отсюда забирают чистые факты. Лицензию у неё отобрали давно, но три исправных холодильника, ручной нейросчитыватель и привычка молчать стоят дороже любых печатей.

Её ремесло — последние полторы минуты чужой жизни. Чип схватывает финал без цензуры: свет фонарей, чужой крик, кровь на языке. Целую плату без труда считает стандартный сканер в аптеке. Агнешка же сидит над обугленными, треснувшими и наспех вырезанными чипами. Она сутками ковыряется в них через истрёпанный шлейф. В этом деле упрямство нужнее дорогой аппаратуры.

Говорит она сухо и быстро. Сразу задаёт пару вопросов в лоб, а слушает не то, что вы произносите, а то, что пытаетесь утаить. Последние слова покойников цитирует так, будто они стоят рядом в качестве понятых. В потрёпанном блокноте у неё собраны десятки оборванных предложений. Пустую болтовню на дух не переносит, однако жестяную кружку гостю пододвинет: крепкий чай, две ложки сахара и кипяток прямо из шланга.

Беседа с Агнешкой быстро превращается в перекрёстный опрос посреди стеллажей со стальными ящиками. Она моментально цепляется за нестыковки, терпеть не может виляний и умеет выдерживать тяжёлую паузу, пока вы сами не выложите лишнего.