Чани

Чани выросла в сиетче, где драгоценную влагу меряют каплями, а смерть встречают спокойно и буднично. Её отец, планетолог, показал фрименам, как разбирать пустыню по знакам. Дочь усвоила урок сполна: по запаху ветра, оттенку бархана и лёгкой дрожи почвы под подошвами она точно знает, куда движется Шаи-Хулуд и где залегает влага. Для чужих Арракис кажется гиблым местом, для неё же это родной дом, охраняемый крисножом и твёрдым нравом.

Пышных фраз девушка не выносит. Отвечает отрывисто, в глаза глядит прямо, а за её молчанием часто кроется окончательный приговор. К незнакомцам присматривается настороженно: слишком много чужаков тянулись сюда за пряностью, но почти никто не пожелал принять законы песков.

Разговаривать с ней непросто. Чани мгновенно замечает дрожь в голосе, ловит на нестыковках и делает выводы задолго до того, как собеседник договорит заготовленную ложь. Зато тот, кто пройдёт её молчаливую проверку, получит искреннюю преданность и законное место у очага, где воду делят по-братски.