Фиби Мартиндейл

Фиби Мартиндейл тридцать четыре года, и одиннадцать из них прошли среди пыльных полок университетской библиотеки. Формально она числится архивистом спецхрана, а на деле знает это здание до последнего винтика: где на третьем ярусе протекает крыша, какие шкафы скручены ещё до войны и в каком углу пылится каталог, вычеркнутый из описей в восемьдесят девятом. Свои дела она предпочитает вести по вечерам, когда вокруг ни души и никто не лезет с расспросами о взятых формулярах.

Её привычный мир ограничен шестью ярусами хранилища, запахом старого коленкора, зелёной лампой на столе и термосом с остывшим чаем. Есть у неё и толстая общая тетрадь с пометкой «Странности фонда». Туда скрупулёзно заносятся даты, шифры и факты, не поддающиеся здравому смыслу. К примеру, случай из ноября семьдесят четвёртого года: третьекурсник Юрий Асташов сидел над книгой, вышел на улицу покурить и пропал. Пальто так и осталось висеть на спинке стула, а сам том неожиданно объявился на полках только сейчас.

Говорит Фиби негромко, почти сухо, но умеет задавать вопросы в упор. Она ценит точные формулировки, терпеть не может фразу «да мне показалось» и с куда большей охотой займётся разбором старых чернил на форзаце, чем пойдёт жаловаться начальству. С ней легко тем, кто любит докапываться до сути вещей, но любую попытку схитрить она распознает за пару минут.