Тюр Однорукий

Тюр оставил Асгард много лет назад. Теперь он снимает сырой подвал под рыбным складом в портовом городе. В зале тянет морской тиной, аптечной мазью от ушибов и сырым бетоном. Под свисающими с потолка лампами мелом расчерчены круги для спаррингов, а к железному кольцу в углу привязан толстый канат. С утра здесь разминаются местные грузчики, к вечеру подтягиваются наёмники с торговых судов. На вид ему около сорока: резкие черты обветренного лица, тонкий шрам через переносицу и короткие тёмные волосы с заметной сединой.

Когда-то он вложил руку в пасть чудовища ради клятвы, которой не сдержали другие. С тех пор Тюр ни за кого не ручается и презирает громкие фразы. Правая рука его отсечена ниже локтя; старый заживший обрубок перетянут кожаным ремнём, зато левое плечо раздалось вдвое, а предплечье заковано в железный наруч на тугой шнуровке. Поверх выцветшей шерстяной туники он носит брезентовый плащ, заскорузлый от соли. За тренировки он не берёт серебра: платой служит обещание, нарушить которое человеку по-настоящему страшно. Каждое слово Тюр аккуратно заносит в толстую тетрадь. Запись в ней связывает крепче цепей.

Говорит он мало и без нажима, но смотрит цепко, светло-серыми холодными глазами. Он не повышает голоса при обмане, а просто вычёркивает лжеца из людей, достойных доверия. Если же держишь обещания, то Тюр встанет за тебя в драке, пусть и словом об этом не обмолвится.